Неточные совпадения
Ибо, встретившись где-либо на
границе, обыватель одного города будет вопрошать об удобрении
полей, а обыватель другого города, не вняв вопрошающего, будет отвечать ему о естественном строении миров.
Здесь Чичиков вышел совершенно из
границ всякого терпения, хватил в сердцах стулом об
пол и посулил ей черта.
— А журнал, это есть, братец ты мой, такие картинки, крашеные, и идут они сюда к здешним портным каждую субботу, по почте, из-за
границы, с тем то есть, как кому одеваться, как мужскому, равномерно и женскому
полу. Рисунок, значит. Мужской
пол все больше в бекешах пишется, а уж по женскому отделению такие, брат, суфлеры, что отдай ты мне все, да и мало!
— Нет, — сказала она, — чего не знаешь, так и не хочется. Вон Верочка, той все скучно, она часто грустит, сидит, как каменная, все ей будто чужое здесь! Ей бы надо куда-нибудь уехать, она не здешняя. А я — ах, как мне здесь хорошо: в
поле, с цветами, с птицами как дышится легко! Как весело, когда съедутся знакомые!.. Нет, нет, я здешняя, я вся вот из этого песочку, из этой травки! не хочу никуда. Что бы я одна делала там в Петербурге, за
границей? Я бы умерла с тоски…
Поселенцы, по обыкновению, покинули свои места, угнали скот, и кто мог, бежал дальше от
границ Кафрарии. Вся пограничная черта представляла одну картину общего движения. Некоторые из фермеров собирались толпами и укреплялись лагерем в
поле или избирали убежищем укрепленную ферму.
— Нет, выпозвольте. Во-первых, я говорю по-французски не хуже вас, а по-немецки даже лучше; во-вторых, я три года провел за
границей: в одном Берлине прожил восемь месяцев. Я Гегеля изучил, милостивый государь, знаю Гете наизусть; сверх того, я долго был влюблен в дочь германского профессора и женился дома на чахоточной барышне, лысой, но весьма замечательной личности. Стало быть, я вашего
поля ягода; я не степняк, как вы полагаете… Я тоже заеден рефлексией, и непосредственного нет во мне ничего.
Путешествие наше близилось к концу. Сплошная тайга кончилась и начались перелески, чередующиеся с полянами. С высоты птичьего
полета граница тайги, по выходе в долину Амура, представляется в виде ажурных кружев. Чем ближе к горам, тем они казались плотнее, и чем ближе к Амуру, тем меньше было древесной растительности и больше луговых пространств. Лес как-то разбился на отдельные куртины, отошедшие в стороны от Хунгари.
— Ничего еще… такая досада! Наш прокурор пишет, что министр за
границей, так ждут его возвращения, чтоб о
Поле доложить. А впрочем, обещает.
По
границам окоёма стоят леса, подпирая пустое небо, и последние стрижи, звеня, чертят воздух быстрыми, как молнии,
полётами.
Содержание «взятки» изменилось,
границы ее получили совсем другие очертания, притягательные ее силы приобрели особливый
полет и изумительнейшее, дотоле неслыханное развитие, а составители толковых словарей упорствуют утверждать, что «взятка» есть то самое, что в древности собирал становой пристав в форме кур и яиц и лишь по временам находил, в виде полуимпериала, во внутренностях какого-нибудь вонючего распотрошенного трупа.
В двадцати шагах от костра, на
границе дороги с
полем стоял деревянный могильный крест, покосившийся в сторону.
В телеге еду по холмам,
Порой для взора нет
границ.
И все
поля по сторонам,
И над
полями стаи птиц.
Россия, под самодержавным правлением потомков великого Петра, возрастала в силе и могуществе; южный ветер лелеял русских орлов на берегах Дуная; наши волжские песни раздавались в древней Скандинавии; среди цветущих
полей Италии и на вершинах Сент-Готарда сверкали русские штыки: мы пожинали лавры в странах иноплеменных; но более столетия ни один вооруженный враг не смел переступить за
границу нашего отечества.
За
границей машинами улицы
поливают, а мы — ковшичком; за
границей громадными щетками грязь вычищают, а мы — метелками!
Сколько ни оглядывался Антон, не замечал ни верст, ни вала, ни ветелок, которые обозначили бы
границу: просто-попросту тянулось необозримое
поле посреди других
полей и болот; вся разница состояла только в том, что тут по всем направлениям виднелись глубокие ямы, котловины, «черторои», свидетельствовавшие беспрестанно, что здесь засел воз или лошадь; это были единственные признаки столбовой дороги.
Виноват ли смертный, если Небо, открывая для Монаршей добродетели
поле бесконечное, полагает
границу нашей любви, признательности, самому удивлению; если, даруя Своим орудиям некоторую часть прав Своих, оставляет нас, обыкновенных людей, в тесном кругу человечества?
Оргиастическая космическая мистика соединяет раздельное, ограниченное, зависимое человеческое существо с душой космоса, душой народа, душой земли, с половой стихией, вышедшей за индивидуальные
границы и разлитой по всему
полю жизни.
В нейгаузенской долине, где пятами своими упираются горы ливонские и псковские, проведена, кажется, самою природою
граница между этими странами. Новый Городок (Нейгаузен) есть уже страж древней России: так думали и князья русские, утверждаясь на этом месте. Отважные наездники в
поле, они были нередко политики дальновидные, сами не зная того.
Путается воображение в преследовании других
границ Кучкова
поля, ежегодно стесняемого новыми нитями улиц, которые сновал умножавшийся люд московский.
В этих точках
пола есть наибольшее отчуждение и противоположение, и в них же соединяющие касания, через которые совершается исступление из
границ мужского и женского.
Убежать бы мне отсюда за
границу, что ли, или запереться в деревне, взять с собой первого дурака какого-нибудь: Кучкина,
Поля Поганцева или трехаршинного корнета, мальчишку, розовую куклу, влюбиться в него до безумия, до безобразия, как говорит Домбрович, сделаться его крепостной девкой, да, рабой, кухаркой, прачкой, стоять перед ним на коленях, целовать его руки!
На
границе каждой губернии останавливались в
поле, и губернатор с адъютантством одной губернии передавал церемониал губернатору другой, который и провожал его через свою.
Сексуальный акт есть самая высшая и самая напряженная точка касания двух полярных
полов, в нем каждый как бы исходит из себя в другого, исступает из
границ своего
пола.
Прямо с
поля битвы с ужасным бичом народов, над которым он одержал множество блестящих побед, Федор Дмитриевич прибыл в Петербург лишь на несколько дней, чтобы уехать за
границу, к источникам знания и современных открытий в области той науки, изучению которой он посвятил не только все свои силы, но, казалось, и самую жизнь.
Я нашел его
полу замерзшим и полунагим на самой русской
границе; ему было тогда лет десять от роду; я приметил его, накормил, взял к себе на седло.
Научно невозможно провести такую резкую
границу между «нормальным» и «естественным» в
поле и «ненормальным» и «противоестественным».
Поистине, всякая творческая энергия имеет связь с оргийностью
пола, всегда исступающей из
границ.
Все выше, и выше, и выше
Стремим мы
полет наших птиц,
И в каждом пропеллере дышит
Спокойствие наших
границ.
Оставшись наедине с фельдмаршалом, государь высказал ему свое неудовольствие за медленность преследования, за ошибки в Красном и на Березине и сообщил свои соображения о будущем походе за-границу. Кутузов не делал ни возражений, ни замечаний. То самое покорное и бессмысленное выражение, с которым он, семь лет тому назад, выслушивал приказания государя на Аустерлицком
поле, установилось теперь на его лице.
По-моему, не немного, а очень много.
Нужно скорей в побег.
Всем нам одна дорога —
Поле, леса и снег,
Пока доберемся к
границе,
А там нас лови!
Грози!
Расположенное на окраине города, на
границе пустынного, поросшего бурьяном
поля, оно издалека привлекает взоры путника своими суровыми очертаниями, суля ему покой и отдых от бесконечных скитаний.
Неприятное впечатление, только как остатки тумана на ясном небе, пробежало по молодому и счастливому лицу императора и исчезло. Он был, после нездоровья, несколько худее в этот день, чем на ольмюцком
поле, где его в первый раз за
границей видел Болконский; но то же обворожительное соединение величавости и кротости было в его прекрасных, серых глазах, и на тонких губах та же возможность разнообразных выражений и преобладающее выражение благодушной, невинной молодости.